Дагестан — это не просто республика на юге России. Это целая вселенная, сжатая между Каспийским морем и Главным Кавказским хребтом. Здесь горы поднимаются так круто, что, кажется, вот-вот опрокинутся на тебя, а ущелья уходят вглубь земли настолько, что солнце появляется там лишь на пару часов в день. Трекинг по Дагестану — это испытание на прочность, после которого ты уже никогда не будешь прежним.
Въезд в горную часть начинается с Махачкалы. Город шумный, жаркий, пахнущий пылью и шашлыком. Но уже через час езды на юг асфальт начинает петлять, подниматься вверх, и ты попадаешь в мир, где время измеряется не часами, а высотой над уровнем моря. Первая серьезная остановка — Сулакский каньон. Он глубже Гранд-Каньона в США, хотя и уступает ему по длине. Когда стоишь на краю обрыва, перед тобой открывается разлом в земной коре, на дне которого течет бирюзовая река. Цвет воды здесь неестественно яркий, словно в нее добавили краситель. Внизу виднеются лодки, они кажутся игрушечными. Ветер на краю обрыва сильный, постоянный. Он словно напоминает, что ты здесь гость, и природа здесь главная.
Отсюда маршрут ведет вглубь гор, в сторону села Гуниб. Дорога — отдельное приключение. Серпантин врезан в скалу, над головой нависают каменные козырьки, под колесами — пропасть. Водители местных маршруток управляют машинами с филигранной точностью. Гуниб стоит на высокогорном плато. Сверху открывается панорама на десятки километров. Здесь в 1859 году завершилась Кавказская война — имам Шамиль сдался в плен князю Барятинскому. Памятник на этом месте стоит до сих пор. Белая башня видна издалека. В селе сохранились дома XIX века, сложенные из серого камня. Улицы узкие, каменные лестницы ведут от одного дома к другому. Чувствуется, что люди здесь жили в осаде — и от природы, и от времени.
Следующий важный пункт — аул-призрак Гамсутль. Это заброшенное поселение на вершине горы. Добираться до него нужно пешком. Подъем крутой, занимает около часа. Солнце печет нещадно, тени нет. Тропа петляет среди камней и колючек. Когда наконец выходишь на плато, перед тобой предстают руины. Десятки каменных домов без крыш, пустые окна, провалившиеся лестницы. Гамсутль покинули в 1970-х годах. Люди ушли в долину, поближе к цивилизации. Сейчас здесь тишина. Только ветер гуляет по пустым комнатам и птицы вьют гнезда в нишах стен. Есть в этом месте странная красота — не трагичная, а скорее философская. Стоишь среди развалин и думаешь: вот так уходит любая жизнь, если в ней нет движения.
От Гамсутля дорога ведет в Карадахскую теснину. Это ущелье, где стены сходятся так близко, что в некоторых местах можно дотронуться до обеих сторон одновременно, раскинув руки. Идешь по дну реки, сухому в летнее время, и смотришь вверх. Там, далеко, видна полоска неба. Солнечный свет пробивается с трудом. Стены сложены из известняка, причудливо вырезанного водой и ветром. Внутри теснины прохладно, влажно, пахнет сырой землей. Это место напоминает природный храм. Тишина здесь почти осязаема.
Культурная программа трекинга — это знакомство с аулами, где люди живут так же, как жили их деды и прадеды. Одно из таких мест — село Чох. Оно стоит на склоне горы, дома лепятся друг к другу, крыши нижних служат двором для верхних. Чох известен своими мастерами. Здесь делают бурки — войлочные накидки, которые веками носили кавказские воины. Войлок валяют вручную, процесс занимает недели. Посмотреть на работу мастера можно прямо в его сарае. Шерсть, вода, мыло, десятки движений руками — и рождается плотное, непродуваемое полотно.
Отдельная глава — еда. Дагестанская кухня простая и гениальная. Чуду — тонкие лепешки с начинкой из творога, зелени, тыквы или мяса. Их жарят на сковороде без масла, подают горячими. Хинкал — не путать с хинкали. Это кусочки теста, сваренные в бульоне. Едят их руками, макая в сметанный или томатный соус, запивая бульоном отдельно. Курзе — крупные пельмени, защипнутые косичкой. Каждое блюдо запивают чаем с чабрецом. Чабрец здесь растет повсюду, его запах сопровождает весь трекинг.
Самая высокая точка маршрута — гора Пушкин-Тау, но для опытных — подъем на Шалбуздаг. Это священная гора высотой более 4000 метров. Местные жители совершают к ней паломничество. Подъем занимает несколько дней, с ночевками в палатках. На вершине стоит маленькая мечеть. Вокруг — облака, лед и ветер. Вид с высоты заставляет забыть об усталости. Горы уходят за горизонт до самого Каспия. В этот момент понимаешь: Дагестан — это не бедность и не новости. Это величие, высеченное в камне.
Завершить путешествие стоит на бархане Сарыкум. Это огромная песчаная гора посреди предгорья. Бархан движется: ветер пересыпает песок, меняя его форму каждый день. Здесь снимали фильм «Белое солнце пустыни». Стоять на вершине Сарыкума странно — вокруг трава и деревья, а под ногами зыбкий песок. Это похоже на мираж, но это реальность. Как и весь Дагестан.
Трекинг по этой земле не делает тебя спортсменом. Он делает тебя другим. После недели в горах начинаешь иначе слышать тишину, иначе ценить воду и тень. Возвращаешься в город с ощущением, что внутри поселилась частица этого каменного, сурового и гостеприимного края. Дагестан не отпускает. Однажды побывав здесь, ты будешь слышать запах чабреца в самых неожиданных местах. И вспоминать, как ущелья смотрят на тебя тысячелетним спокойствием.