Попасть здесь легко. Достаточно отъехать несколько сотен километров от Норильска по направлению, где нет дорог. Вертолет или вездеход бросят вас у подножия мира, который не похож ни на один другой. Плато Путорана — это не горы в привычном понимании. Это гигантский ступенчатый массив, разломанный и вывернутый древними тектоническими силами. Его склоны не острые, а плоские, как крышки столов, поставленные друг на друга на разной высоте. Отсюда и название — «плато гор». Ощущение, что вы стоите не на земле, а на руинах колоссальной, забытой цивилизации природы.
Первый закон этого края — вертикальность. Все здесь стремится либо вниз, либо вверх. Вы движетесь не по поверхности, а по уступам, переходя от одного гигантского «этажа» к другому. Подниматься на следующий уровень часто можно только через узкие расщелины, где темно и сыро даже в полдень, или по осыпающимся каменным «лестницам». А потом — снова плоская вершина, уходящая в горизонт, покрытая низкой, жесткой травой и пятнами вечного снега даже летом.
Второй закон — вода. Она здесь царствует. Плато — это колоссальный резервуар. Тысячи озер, соединенных сотнями рек и каскадов. Вода не стекает медленно. Она падает. Путорана — это страна водопадов. Они не всегда высокие, но всегда мощные, неистовые. Вода, накопленная в высокогорных озерах, прорывается через скальные трещины и срывается вниз с оглушительным грохотом, разбиваясь в облаке холодной пыли. Самые известные, как водопад на реке Канда, видны издалека — белые столбы на фоне темного базальта. Но есть сотни других, скрытых в глубине каньонов. Их шум — постоянный фон, гулкое дыхание плато.
Третий закон — безмолвие между событиями. Между водопадами, между порывами ветра, срывающегося с плато, между редкими криками птиц — лежит тишина особого свойства. Она не пустая. Она плотная, насыщенная. В ней можно услышать собственные шаги, свое дыхание, даже, кажется, движение мысли. Это тишина древнего, не тронутого места. Здесь нет следов вырубок, дорог, построек. Только камень, вода, небо.
Растительность подчиняется этим законам. Деревья растут лишь в нижнем «ярусе», в долинах, защищенных от ветра. Выше — царство горной тундры: мхи, лишайники, жесткие кустарники, прижимающиеся к земле. Их цвета неяркие: серо-зеленые, бурые, охристые. Они не украшают плато, они лишь слегка окрашивают его каменную основу, подтверждая его суровость.
Жизнь животная здесь тоже вертикальна. Самым известным обитателем является путоранский снежный баран — уникальный подвид, найденный только здесь. Он живет на этих ступенях, перемещаясь с уровня на уровень по тропам, известным только ему. Видеть его редкость. Чаще встречаются следы: помет на камне, сбитая трава на уступе. Птицы — хищники, орланы, совы — используют вертикаль для охоты, высматривая добычу с плоских вершин. В озерах, холодных и чистых, водится рыба, иногда достигающая внушительных размеров в этой богатой, но труднодоступной кормовой базе.
Человек здесь — случайный гость. Коренных народов, постоянно живущих на плато, нет. Эвенки и ненцы обходят его по периметру, используя более низкие и проходимые долины. Попытки освоения всегда терпели крах. Сюда приходили геологи, исследователи, немногочисленные туристы. Они оставляли временные базы, которые затем ветер и время разбирали до основания. Ощущение заброшенности не в запустении, а в полном отсутствии постоянного человеческого присутствия. Плато просто слишком велико, слишком сложно и слишком безразлично к потребностям человека.
Самое сильное впечатление Путорана оставляет на рассвете или в предгрозовой час. Когда низкое солнце бросает длинные тени на ступени плато, оно превращается в гигантскую графическую конструкцию, в чертеж инженера-бога. Контуры становятся жесткими, абстрактными. А когда с запада надвигаются тяжелые, лиловые облака, заполняя пространство между уровнями, плато начинает выглядеть как арена для титанических сил. Свет молний отражается в тысячах водных поверхностей, гром перекрывает на мгновение гул водопадов. Это демонстрация абсолютной, первозданной власти природы.
Уезжая отсюда, вы понимаете, что «забытый край» — это не отсутствие памяти. Это край, который хранит свою историю не в летописях, а в геологии. Он забыт людьми потому, что не нуждается в них. Его законы — вертикаль, вода, безмолвие — установлены миллионы лет назад и будут действовать дальше, независимо от нашего присутствия. Он остается огромным, холодным, прекрасным и равнодушным хранилищем времени и воды в самом центре России.